Главная » Истории » Как Сочи без света жил

Истории

Как Сочи без света жил

08.04.2019АвторЮрий Максимов

«У сочинцев нет света, тепла, воды и газа. Но они продолжают ходить на работу». Примерно такой фразой зимой 1997 года описывали ситуацию в Сочи российские и иностранные СМИ. Ситуация действительно была чрезвычайной: с 1-го февраля город-курорт был не просто полностью лишён электроэнергии, воды и газа, но и какого-либо снабжения. Плохо действовала железная дорога. Автомобильная трасса была практически блокирована. Из-за непогоды прервалось авиационное сообщение. Не обошлось без сложностей и на море. Это был настоящий коллапс, нежданный и беспощадный.

Торговая инфраструктура в городе работала с перебоями, многие магазины были наглухо заперты. Закрылись детские сады, были прекращены занятия во многих школах, люди не могли добраться до работы. Предприимчивые «бизнесмены» спекулировали на хлебе, свечах, керосине и примусах-«керогазах». С прилавков магазинов и ларьков были сметены консервы, макароны, бублики и прочие продукты длительного хранения. Практически повсеместно в учреждениях отсутствовали генераторы. И всё это – на фоне острого дефицита информации и молчания со стороны властей. На третий день по городу поползли мрачные слухи и начали распространяться панические настроения. А света и тепла всё не было.

В те далёкие дни я заканчивал обучение в «медухе» и проходил фельдшерскую преддипломную практику в реанимации 2-й городской больницы. Это тот самый наполовину деревянный корпус довоенной постройки, некогда находившийся выше санатория «Заполярье». Сейчас на месте бывшего вместилища абдоминально-торакальной хирургии и реаниматологии стоит брошенный долгострой. А в 1990-х в там одновременно кипела жизнь и лютовала смерть. В операционных блоках старой больницы круглосуточно проводились экстренные операции. Только в старом корпусе одновременно находилось около полутора сотен тяжелобольных, уход за которыми требовал электричества, воды, тепла и медикаментов.

С необходимым оснащением тогда было плохо. Одноразовые шприцы в стационарах ещё были в диковинку. Медперсонал самолично клеил крафт-пакеты для стерилизации стеклянных шприцев и нехитрыми манипуляциями превращал одноразовые перчатки в изделия как минимум двукратного пользования. Даже простые препараты старшими медсёстрами выдавались как штучный товар, а оснащение процедурных кабинетов вызывало гнетущую тоску. Регулярные визиты «бригад» с ранеными «братками» и общение медиков с сотрудниками милиции и прокуратуры было нормой. Но уровень квалификации врачей и медсестёр был высочайший. Помешать их слаженной и эффективной работе не могли ни дефицит препаратов, ни проваливающиеся полы, ни осыпающиеся потолки, ни вечно ломающийся лифт для подъёма в оперблок второго этажа «каталок» с тяжёлыми больными.

Отключение света в начале февраля 1997 года для сотрудников 2-й горбольницы не стало чем-то неординарным – к катаклизмам в те годы привыкли. Так и в этот раз: все думали, что час-другой - и всё наладится. Но время шло, а света не было. Вдобавок «рубанули» воду. На улице не прекращался снег. А больных продолжали везти. Причём везли исключительно тяжёлых: все прочие, исходя из ситуации, тянули вызывать «скорую» до последнего. Удивляло то, что «Газели» с красными крестами на борту вообще могли перемещаться по заснеженному городу.

На момент отключения света в одной из операционных 2-й ГБ готовились к абдоминальной операции. Пациент уже был заинтубирован, но разрез хирурги сделать не успели. Автономного источника энергии не было, а «дышать» пациента вручную, без аппарата ИВЛ – то ещё занятие. Так что повезло всем.

Звонки в администрацию города ничего не дали. Позвонили в МЧС. Спасатели откликнулись мгновенно, приехали быстро, установили на улице генераторы, протянули через окна провода и дали свет. Главной задачей на тот момент было обеспечить электроэнергией оперблок, реанимацию и автоклавную. Большую часть «ходячих» пациентов отпустили домой. Но оставшимся, в том числе и медперсоналу, нужен был хотя бы свет. Тепла в большом здании уже не было, в реанимации пациенты лежали под несколькими одеялами и с установленными рядом электронагревателями. Медики работали в свитерах под халатами. В «приёмнике», который в те годы был как проходной двор, дежурному фельдшеру приходилось существовать в шапке и тёплой обуви.

https://m.news.yandex.ru/story

Медперсонал больницы исправно ходил на работу. Это можно назвать не только самоотверженностью. Скорее, это было проявление высочайшей ответственности, когда тяжёлая и во многом неблагодарная работа медсестры воспринималась больше чем работа. Тогда за месячную «сестренскую» зарплату в менее чем 300 тысяч тогдашних рублей можно было купить лишь одни джинсы турецкого пошива. Медсёстры часто работали в одиночку - и это на большое отделение. Доставалось и врачам. В условиях блокады работа медиков превратилась в ежечасный подвиг. Но тогда об этом никто не думал – просто шли пешком через заваленный снегом и упавшими деревьями город и работали, надев под халаты свитера. Шли после бессонной ночи, пытаясь хоть как-то накормить и согреть детей в остывших квартирах.

Так было по всему городу, который на ночь погружался во тьму. Это напоминало светомаскировку из фильмов о войне. Войны не было, но город нёс потери: из-за отсутствия генератора в роддоме умер новорожденный ребёнок, резко возросло количество заболевших от переохлаждения и получивших травмы.

Мы знали о том, что в горах аварийные бригады пробиваются к упавшим опорам по двухметровому снегу. Мы знали, что в условиях метели эти люди делают невозможное. Мы понимали, что им приходится несоизмеримо сложнее и тяжелее, что они ради жителей Сочи рискуют своей жизнью. Наверное, именно поэтому сочинцы шли на работу. Каждый делал своё дело, без оглядки на условия. И никто не считал такую ситуацию какой-то особенной, а свои поступки – в чём-то героическими. Все понимали, что всё это временно. Все верили в то, что всё наладится.

Чрезвычайная ситуация зимой 1997 года не стала исключительным событием. Проблемы с линиями энергоснабжения повторились и в последующие годы. Отключения были менее масштабными и, надо отдать должное властям и профильным службам, свет и вода быстро возвращались на предприятия и в дома сочинцев. Из катастрофической ситуации были сделаны выводы, которые впоследствии позволили городу Сочи встречать нашествие зимы с минимальными потерями. Но именно с тех пор в большинстве сочинских семей стало нормой иметь запас восковых свечей и консервов. Кое у кого и сейчас в кладовке припасена газовая или бензиновая горелка, а некоторые автолюбители и по сей день регулярно обновляют НЗ в виде «дежурной» канистры бензина.

http://atnya-rt.ru/news

Вспоминая события 22-летней давности, невольно задумываешься об изменившемся мировоззрении сочинцев. Говорят, хорошее быстро забывается. Наверное, так оно и есть. Но мы быстро забыли и плохое. Из нашей памяти стёрлись воспоминания о том, как и в каких условиях мы жили в 90-х, чем занимались, о чём мечтали. Человеческая память избирательна и мы всегда находим повод для недовольства.

Сегодня в Сочи тоже отключают свет. Редко, очень редко. И совсем ненадолго. И об этом население города власти стараются предварительно оповестить. Порой отключают и воду, хотя и двухнедельная профилактика для многих становится катастрофой. Но всё это мелочи. Земляки, когда в следующий раз в ваших домах на пару часов отключат свет и оставят вас без Wi-Fi, вспомните тревожный февраль 1997 года.

https://www.kp.md/online/news/2685793/

 

 

Сегодня читают