Главная » Истории » Гость в горле

Истории

Гость в горле

11.11.2016АвторКристина Мруг

Зимние каникулы намерены провести в большой белорусской семье. Летим в вотчину Лукашенко к моему папе, двум сводным братьям и сестре. Приближение Нового года: одна мысль о празднике в большом добротном доме в излучине реки Ислочь, с пышными драниками, домашней колбасой, копченым лещом, собственноручно выловленным любимым братцем Сергеем из неспокойного Немана, вершачакой с самогоном по семейному рецепту и ночной игрой в голопопого снежного ангела после распаренной бани, - погружает в сладко-томное предвкушение и частое подглядывание в календарь. Сопутствует нетерпеливому сопению в сомнениях, а когда же наступит декабрь?! Нестерпимо хочется горячей крамбамбули. Посреди пасмурно-огненной осени от навязчивого ощущения мороза щиплет в носу, который, вдобавок, начинает предательски чесаться.

О том, чтобы остановиться  в Минске - в отеле или гостинице - встречаться, гостить, париться в бане, но ночевать в казенном доме со звёздами, речь не идет. И отец, и братья просто не поймут подобного демарша и, велика вероятность, кровно обидятся, если мы, вдруг выкинем коленце, забронируем себе отель в столице Белоруссии, а к многочисленным родственникам будем наведываться по заранее согласованному расписанию и утверждённой программе мероприятий. 

Мы – гости долгожданные и, очевидно, есть-пить будем заполночь, а культурно-развлекательная программа интересует нас опосредованно – куда привезут, где привечают, там будет нам и стол и дом. Беловежская пуща, горнолыжный курорт в Бобруйске, снеговик во дворе папиного дома в приграничной с Литвой Лиде или задушевные беседы - неважно. Везде и всюду нам в предстоящие каникулы будет одинаково хорошо и тепло. Как белорусы говорят - як добра.

Гостеприимство. Устойчивые выражения – «хваленое кавказское», «хваленое белорусское». «Хваленое сочинское». Впрочем, нет, про курорт последние годы до олимпийской эры мем звучал так:«Сочи – зона международного гостеприимства»…  От Красной поляны до микрорайона Мамайка. Лазаревский район в международные «хлеб-соль-развязки –очистные» не попал, так и остался падчерицей курорта при злой мачехе.

Креаторы федерально-целевой программы вложили в название проекта: "Сочи – зона международного гостеприимства" особый смысл Сталкера. И о том, что Сочи – зона со своими понятиями, жителей просветили уже в первые дни после перевернутой Жаком Рогге таблички Sochi2014 в Гватемале. Один 310 Федеральный закон, спешно принятый Государственной Думой в 2007-м по отчуждению земельных участков для олимпийского фронта и победы стоил тысячам горожан безвозвратной потери своих домов и бизнеса. Да и в февральские дни главного мирового праздника спорта «гостеприимным» курорт можно было назвать лишь условно – для тех, кто попал в зону, имел счастливые билеты на Игры, постоянную или временную регистрацию, и, обязательно - паспорт болельщика.

Может, не все в курсе, но сочинское отделение УФМС не справлялось с желающими зарегистрироваться осенью 2013. Очереди за бумажкой с прикрепленным адресом были такие же длинные и сварливые, с ночи занимаемые, как осенью в местный ЗАГС, когда пары подают заявления на одну дату, или на заграничный паспорт в закрытое ныне отделение по улице Роз. О том, чем пахло у дома–пропуска в заграничную жизнь на Роз, напоминать местным жителям не надо. Сегодня я - про сочинское гостеприимство. Сермяжное. Прожитое и выстраданное.

Когда весной брат с супругой из Белоруссии к нам приезжал, заранее оговорили условия – квартира у нас малогабаритная, и, если не против, то лучше поселиться поблизости, за апрельско-формульские полторы тысячи рублей в сутки. Готова была оплатить при необходимости проживание, точнее ночевки, потому что дневное времяпрепровождение дорогих сердцу гостей мы целиком и с радостью брали на себя. Домашние обеды, ужины, развлекательная программа - Формула, Скай парк, Роза хутор, морские шашлыки – благо, что шли затяжные майские выходные, и удалось без ущерба организованному быту и работе провести их с гостями. Если бы визит пришелся на рабочие будни, то внимания к белорусам, соответственно, было бы в разы меньше. Брат абсолютно правильно все понял про регламент двухсторонней семейной встречи в Сочи. Рассчитал оптимальное время и провел с нами замечательный отпуск.

Но так благодушно хвалёное сочинское гостеприимство без расселения и, иногда по уважительным  причинам - без должного внимания, воспринимают далеко не все горячо любимые и далеко нелюбимые, или даже совсем неизвестные родственники, шурины троюродной сестры, свекрови двоюродной тети, внучатые племянники давно умершего дяди: когда ты ни дядю, ни тем более его племянников отродясь не знал и не видел. 

Почему сочинцы любят своих гостей, но чаще - на расстоянии, знаю не понаслышке. Когда около десяти лет назад зажили с будущим супругом на предоставленных ему родителями золотых квадратных метрах, моя сибирская горячо любимая родня выстроилась в очередь. На ближайших ветках генеалогического древа только по маме дружно сидят 7 дядь и теть (ее родные братья и сестры), их мужья и жены; у каждой пары по двое детей, у детей уже тоже мужья и жены, и тоже по двое детей. Нас только внуков у польской бабушки 16 человек. Конечно, я всех их люблю, признаю, но также признаю и то, что где-то после первых двух летних сезонов проживания в Сочи произошли со мной курортные метаморфозы - не могу я, да и, честно признаться, не хочу всю родню селить в своей малосемейке больше, чем на три дня, с их детьми, кругами, сырыми полотенцами и галькой в душе. Радость от встреч присутствует, помощь в поиске жилья у моря по самым низким тарифам оказывается, машина с гидом в моем лице, в свободное от работы время в их распоряжении. Но мириться с бесконечной перспективой «в тесноте, да не в обиде» по соседству со счастливыми отпускниками не получается.

В детстве мы все встречались. Летом человек по 15—20 спали у бабушки, или в перевалочной квартире у старшей тетки в Красноярске, часто на полу – накидают хозяева ватных одеял–подушек, уляжемся толпой, возимся, хохочем. Существовало 4 позиции, в зависимости от количества родни – солнышко, когда можно раскинуться, как на пляже и в объятьях Морфея провести вполне комфортную ночь, валет – для детей, бутерброд для родителей, когда народу прибавлялось, и, самая жесткая укладка – иваси. Как селедки ложились на один бок и переворачивались по храп-команде дяди Саши.

...Зачистка территории от гостей была принята в штыки. Правила игры поняли не все: кто–то сильно обиделся, называл Иваном - родства не помнящим и, полагаю, заслуженно. Но отступать было некуда, ни детский валет, ни взрослый бутерброд, ни иваси, тем паче, меня как в детстве не вдохновляли. И причиной тому совсем не сочинский снобизм, а риторический вопрос после нескольких веселых заездов в разгар сезона, когда ты сам и не в отпуске совсем, вечером после эмоциональных телевизионных трудовых будней спотыкаешься о разбросанные мелкие детали конструктора купленного отпрыску двоюродного брата, чтобы не отвлекал от пива-препровождения взрослых. Пластины и кирпичи остро впиваются в ступни, но ты, превозмогая боль и раздражение, готовишь кастрюлю солянки на роту, но и она предательски исчезает за сутки, и в этот момент, открывая пустой после налета холодильник, ты понимаешь нелегкую долю кухонных рабочих после армянской свадьбы.

Есть ли у себя я?! Есть ли у семьи я?! Есть ли жизнь у сочинцев во время курортного сезона?!

Случались просто комические истории, когда с Дальнего Востока проездом ехал с семьей один дальний родственник в Абхазию. Милейшие люди, правда, никогда раньше не виделись, но по звонку радушно встретили их в аэропорту, проводили до границы, они передали нам без сомнений сумку с двумястами тысячами рублей и 25 банок икры на сохранение – у них был длинный маршрут по Украине после абхазского отпуска. Через три недели забрали их с МАПП Адлер, они хотели по Дендрарию погулять, по Ривьере, в Сочи отдохнуть. Мы, само собой, безотказные, гостеприимные, хлебосольные – люди в родители нам годятся, на курорте первый раз, искренне согласны - пусть у нас поживут. Милейший человек ночью дал такого оглушительного храпака, что окна звенели, стиральная машинка сдвигалась к выходу из квартиры, соседи стучали в стену, а мы сидели всю ночь, глядя другу на друга. Смеялись, молчали, зверели к утру. Дальневосточному дяде хоть бы хны. Комедия «Сон в летнюю ночь». Отнюдь не Шекспир.  Ни перемещение его женой с боку на бок, ни зажатый его внушительный нос, ни опрыскивание безмятежного чела водой не помогали. Сплошной Бах. Токката и фуга ре минор. Виду мы, стойкие и толерантные, дипломатично не подавали, но догадливая супруга  (она сама с нами кофе всю ночь пила, била дядю и будила), пожалела все-таки молодую семью с годовалым ребенком и сняла с нашей помощью небольшой номер в частном секторе. Следующая ночь была едва ли не самой счастливой после брачной. Сон в тишине. Как мало человеку нужно, оказывается!

Начинающие сочинцы допускают одну и ту же ошибку. Выводы сделаны из долгих наблюдений и личного опыта. Да, есть такой термин – начинающие сочинцы, к нему причисляются проживающие на курорте до трех лет переселенцы. Они считают себя всесильными и от самого осознания пребывания в единственных в стране субтропиках готовы разделить эту радость со всеми многочисленными полчищами родственников, друзей, знакомых знакомых. Но, обычно кризис трех лет не минует никого. Одна моя приятельница на ПМЖ в Сочи и как раз приближается к этому рубежу. Квартира у нее не в пример нашей - многокомнатная, вместительная, однако вздохи и нотки сожаления по поводу таких нужных и важных гостей и вереницы со всех уголков Западной Сибири на следующий год, претендующих на ее хоромы и - что не менее остро переживается – постоянное внимание, уже появились. Оксана, добро пожаловать в закрытый клуб негостеприимных сочинцев! У него есть главное правило «пяти пальцев»: это родители, бабушки-дедушки, родные братья и сестры, немногочисленные тети, дяди и такие двоюродные - которые как родные и близкие друзья. Для "пяти пальцев" двери наших маленьких и больших домов, наши сердца всегда открыты. Для остальных – по соглашению сторон.

Было бы самонадеянно так откровенно заявить о назойливости гостей со всех волостей и умолчать об обратной стороне. Когда мы, сочинцы, становимся гостями. И нечего пенять, если вдруг что-то пошло не так. История произошла пару лет назад с давней знакомой. Когда в гости в Сочи приехал брат ее супруга со своей женой, она как-то не оказала должного внимания, проигнорировала просьбу остановившихся в Адлере родственников мужа забрать их на автомобиле и привезти на ужин в Сочи. Вдобавок, это оказалось решающим фактором, не расплатилась за всех по общему счету в ресторане, предложив семье брата взять на себя расходы по их гастрономическим и питейным заказам. Ресторан, один из самых дорогих, выбрала как раз жена брата. И в желаниях себя никак не ограничивала. Так-то уж ничего криминального. Не могли приехать - есть такси, не стали платить – масса причин – главное, это не обговаривалось. И, возможно, супруг знакомой оплатил бы счет, но он в этот момен6т играл с племянником на террасе. В итоге, золовка провела настоящую операцию «Месть – холодное блюдо». Приехав через год с ответным визитом в Москву, гости узнали только в аэропорту, что семья брата буквально накануне, как раз в дни пребывания сочинской пары, купила горячий тур в Испанию. А в квартире они их оставить не могут, чтобы гости сами пожили - насладились достопримечательностями столицы, потому что в ней ремонт. Никакого ремонта, конечно, не было, но подруга с тех пор крайне осмотрительна в своих родственных связях, и весь регламент встреч обсуждает до мелочей.

И последнее - ностальгирующим по тем 70-м-80-м, когда сдавались все углы, сундуки и деревянные скворечники отдыхающим, а лучшие места на кроватях, недушных лоджиях отдавались родне  - все это было правильно и честно. И мы так росли, и отдыхали каждый год у бабушки Зины в анапском Витязево, тряслись четыре дня в плацкартном вагоне – спали в бане на полатях. Помню этот удушающий запах дубовых веников. В Сургуте дубы не росли, и я с удивлением изучала дубовые листы, мне они казалась летними снежинками. Комнаты были заняты старшей и пожилой родней. Все остальное баба Зина - родная сестра нашей бабушки - сдавала курортникам. Даже под сливой стояла кровать с железной сеткой, где спали одинокие постояльцы, которым к вечеру выносили перину, подушку, плед из тряпичных кусочков. Несколько раз в день скрипуче звенел телефон, а бабушка Зина кричала на весь дом:

– Аля из Махачкалы, помню-помню, пускай 22 приезжает, у меня баня освобождается.

– Ковалевы из Свердловска, да, жду, только в августе, та же дальняя комната. Нет отпуска в августе? Хорошо - приезжайте  в июле, у соседей вас поселю.

Изменилась страна, изменились мы и наши запросы. Что само по себе ни плохо, ни хорошо. Наши дети не знают, что такое позиция «иваси», никогда не спали в бане, зато разбираются в средиземноморской кухне и различают звезды в отелях.

Но менее гостеприимными мы не стали, мы научились обсуждать сценарии визитов. 

…. Но опять-таки, едем на Новый год к братьям и отцу в Минск. И - долой сценарии!

Сегодня читают