Главная » Истории » Бомба в телефонной трубке

Мнения

Бомба в телефонной трубке

Очень краткий курс превращения в уголовника: набираете «112» или «02» и сообщаете о заминировании любого крупного социального объекта. Если при этом движет желание отомстить персоналу, преждевременно покинувшей возлюбленной или несправедливым оценкам по контрольной, слова найдутся сами собой. Вот, и весь инструктаж. Подтверждение в его действенности появилось на днях.

Два года в разлуке с телефоном, зато в компании общительных друзей «в полосочку» проведет сочинец, решивший поквитаться с медиками четвертой больницы. 6 августа суд Центрального района города-курорта признал виновным 40-летнего мужчину, решившего, что его хворь недооценили и несправедливо отказали в госпитализации. Для начала лечения, как выяснило следствие, ему бы не помешало банально протрезветь…

Знаете, особо удивил даже не срок наказания, а скорость: от совершения лжеминирования до вынесения приговора. Гражданин почувствовал «недомогание» и поквитался изощренным способом с медиками 4 июня. Два месяца потребовалось обвинению для задержания и передачи дела в суд. Вердикт пока не окончательный и подлежит обжалованию, но все издержки и финансовые затраты на реакцию оперативных служб однозначно лягут на автора «телефонного терроризма».

В век обгоняющего уже самого себя прогресса достаточно одного гаджета, чтобы натворить бед многим. То ли мы бесконечно отходчивы и память у наших людей короткая, как у антилопы гну… Всего 10 лет назад Сочи сотрясало от самых настоящих террористических атак. Гибли, теряли конечности ни в чем не повинные мирные люди. Калечились не только тела, но и судьбы. Туристический сезон был сорван практически безвозвратно. И что, меньше стало желающих поиграть на нервах, - если бы только правоохранителей, - медсестер, врачей, пациентов?

Только в прошлом году в России в результате всплеска анонимных угроз из общественных мест были эвакуированы около миллиона соотечественников из 2 500 объектов в 75 регионах. Никто не огласил потом, сколько из них получили моральную травму, или отпаивали волосердином мечущуюся по квартире мать. «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется», - вечный школьный Тютчев дальше не зря говорит про сочувствие…Кому не дано – будут исправляться за решеткой.

- Я не могу не отреагировать на сигнал о готовящейся угрозе, - делилась со мной подруга, несколько лет проработавшая на «горячей линии» городской дежурной службы. – Даже, если о предполагаемом теракте мне сообщают заплетающимся языком или неровным детским голосом, включается экстренный режим. Сначала надо проверить и убедиться, не реагировать на сигнал никак нельзя.

А сигналы не заставляют себя ждать. С начала года и до июля по данным краевой прокуратуры на Кубани случилось 14 эстремистских выкидышей. Знаете, сколько их дошло до суда? Все 14. Около половины шутников были под градусом. Кто не помнит курса обществоведения, для суда это - отягчающее обстоятельство. Какое это обстоятельство для переживших эвакуационный переполох – лучше не спрашивать.

…Как раз в прилив охватившей страну лжетеррористической прошлогодней лихорадки на корпоративную почту в разгар рабочего дня моей коллеге пришло письмо: «Здание заминировано. Вы все взлетите на воздух». Она громко, на весь этаж прочитала сообщение, в ответ услышала дружный гогот со словами: «Давно пора!». Какую еще реакцию ожидать от журналистов, половина работы которых проходит в разгребании криминальных сводок и в жесткой сцепке со всевозможными бедствиями в разных уголках сколь прекрасного, столь и беспокойного региона? Жесткость, цинизм и равнодущие, как защитная реакция  - вот наша профдеформация. Следом повисла пауза, за время которой стало отчетливо слышно, как общественное сознание вырабатывало одну и ту же мысль: «А, ведь, действовать надо по инструкции».

Все посмеивались и привычно перешучивались, когда объявили непривычную для здания нашей телекомпании эвакуацию, когда, молниеносно, - пяти минут не прошло, - приехали поисковики с собакой. Между собой мы говорили:

- Да, понятно, тревога ложная, - и нервно отходили подальше.

Если вы не были в эпицентре подобных событий, то и не надо. При всем скептицизме и выдержке, даже профессиональной, чувство тревоги пробирает до спинного мозга. Это даже не страх, а непривычное, почти неизведанное волнение.

Да, все закончилось безрезультатной проверкой. Да, правоохранители взяли электронную почту организации под контроль и что-то там нужное для следствия нашли. Да, настоящий адреналин «хапнули» те, кто из-за вынужденного простоя должны были в спешке и цейтноте готовить праймовый выпуск новостей. Но, почему-то возвращаться к пережитым в тот момент ощущениям не хочется.

Экономический ущерб в такой ситуации в любом случае малокорректен. Ну, кто подсчитает нервные клетки редактора, судорожно сгребающего выпуск за считанные минуты до выхода? Или удлинившийся до полуночи рабочий день монтажера и корреспондента? Которым взамен скажут:

- Спасибо, я бы с тобой в разведку пошел…

Премиальный фонд в качестве компенсации – это все, на что можно рассчитывать. Но – далеко не все потери.

В среднем, сумма взысканий, налагаемых судами в Краснодарском крае за заведомо ложное сообщение о подготовке теракта, приближается к полутора сотням тысяч. Но, если речь идет о приостановке работы больших ТРЦ, потери куда значительнее. В результате волны анонимных угроз 2017 года, по информации МВД России потери страны составили несколько миллиардов рублей. И цифра эта – крайне неточная, но это явление уже признали кибернападением на государство.

В случае же с телефонными шутниками все, казалось бы, проще: внесли сумятицу и сбой в работе, вызвали бригады экстренных служб. Побегали и хватит. Некоторым бегать – вообще, работа. Все так. Только, в сказке про лживого пастушка и волков верно сказано: от слишком частых обманных сигналов тревоги бдительность притупляется. Однозначно, ни один хулиган-«лжеминёр» не подумал, что он, его дети или родные люди могут оказаться в зоне опасности, когда основные силы тревожных групп окажутся в месте псевдовызова или ослабят прыть… Благо, они пока не собираются.

Накануне учебного года Минпросвещения России направило в регионы рекомендации действий в условиях ЧС. Согласно которым в каждом учреждении должны быть назначены ответственные за эвакуацию, оповещение, оказание первой неотложной помощи и пресечение паники. С ними регулярно следует проводить тренировки и учения. Впервые рекомендовано выделить сотрудника, отвечающего за распространение слухов. У страха глаза велики. У детского – особенно. Анализ прошлогодних ЧП в школах страны показал, что большая часть детей начала описывать происходящее в соцсетях, преувеличивая масштабы произошедшего, и сопровождая домыслами. Возможно, если бы горе-«террористам» отводилось меньше интернет-рекламы, идея не была бы столь провокационно доступной. И «минута славы» телефонных экстремалов не оборачивалась часами напряженной и пустопорожней работы служащих «тревожной кнопки». У которых всегда есть дела поважнее…

Напоследок – внесу ясность: суровое наказание справедливо настигнет не за любой ложный вызов. Расплачиваться кровными и свободой (как теперь понятно, неотвратимо) предстоит только в случае откровенно вымышленного сигнала о предстоящем ЧП. Если же вы не уверены или введены в заблуждение – лучше поделиться со спецслужбами своими тревогами. Спасибо скажут.

Топ мнений