Главная » Истории » Пьяная гора

Истории

Пьяная гора

02.03.2017АвторКристина Мруг

- Мартини будете?! – нервно-вертлявый черноглазый сноубордист в ярко-салатовой амуниции протянул нам кофейный стаканчик для капучино с крышечкой и трубочкой.

Двери гондолы, уносившей нас на северный склон Аибги с гордой отметкой 1400 метров над уровнем моря, третьей очереди канатной дороги еще не закрылись, а резвый паренек лет двадцати семи, явно из местных, начал активно знакомиться с соседями по кабинке. И искать собутыльника на пятнадцатиминутном подъеме.

- Нет, мы за рулем, - откликнулся сначала удивленно супруг, я махнула отрицательно головой, разглядывая через стекло призывно горящий золотыми огнями дворец-казино, отели причудливой формы за авторством французского архитектора-консультанта Пьера Динера, в ночи похожие на сказочные замки и отратраченные трассы, со спускающими по ним любителями и профессионалами горнолыжных видов спорта.

- Я тоже за рулем, – повторила четвертая  пассажирка качающейся гондолы - красивая девушка-лыжница, с длинными волосами, выбивающимися из-под шлема цвета фуксии по моде Краснополянских див-горнолыжниц и сноубордисток. Такие еще в тренажерном зале обязательно занимаются с распущенной, струящейся  гривой, игриво перекидывая копну с одного плеча на другое, и крутят из волос «дульку» пальцами, без резинки, чтобы она эффектно  распадалась объемом, как у Венеры, рожденной Сандро Боттичелли.

- Да ладнА!? За Сочи, горы, для настроения туда-сюда, пока на канатке, что зря время терять?! Вас как зовут девушка? Вы лыжница? А я на борде гоняю. По целине, но сейчас «вечерка», расслабленно покатаюсь, новичков пошугаю. Что вы, местному населению откажете, пригубите! У меня, как у кальянщика три сменные трубочки. Мартини только перелил, сам не пил еще, отвечаю, – салатовый кузнечик дыхнул на нас парами хорошего алкоголя.

То ли от наглости, то ли от неожиданности напора, но даже мы, привыкшие к подобным элементам, дружно  рассмеялись.

-Я - Амба. Еще Ампул, или Ампик. Вообще, у меня другое имя, старинное армянское. Но вы его даже не выговорите.

- Какое же? - не удержалась я.

- Амбарцум Оганесович.

- Да совсем не незнакомое, - снова засмеялся муж. - Моего дядю Амбарцумом  зовут.

- А у меня – папу, – подхватила девушка с красивыми волосами. - Анастасия Амбарцумовна я. 

- Ха-ха, да вы что, тоже местные?

- Местные, местные и тебя Ампул знаем, жена у тебя дома с двумя детьми сидит, пока ты мартини на склоне распиваешь и с девушками знакомишься. Я Гуффика сестра, если что, –  ответила за всех симпатичная пассажирка, которая сразу стала как-то еще симпатичней. 

- Дааа?! А я что, я постель никому не предлагаю. Че ты такая дерзкая, а?! Мартини-шмартини, вЫски- сиски. Ха-ха. По чуть-чуть. И кататься, – Амул со всей своей ампулой с вермутом явно забеспокоился, запрыгал в тесной кабинке, высматривая в дали огни спасительной станции.

- Амбарцум, а вы всегда выпиваете на горе? - вдруг задумалась о собственной безопасности я.

- Девушка, у вас голос и тон строгий, как у учительницы моей в 9 классе, Наны Ашотовны, когда она  меня ловила в коридоре, если я девчонкам горячую кукурузу за шиворот закладывал. Всегда выпиваю - не всегда?! А кто на горе не выпивает?! Только дети и те, кто за рулем. Вы на машине, вам не повезло. А меня брат привез, он в такси работает. Номер дать?! Надо будет ехать куда, брат отвезет. Опель-Астра у него. Новый. Зверь-машина, но я такую не хочу. Чтобы Ампик на Опеле ездил!.. Мне BMW надо, – Амбрацум тараторил, попутно откуда-то из недр сноубордистских шаровар выуживал визитки с номером брата, рассовывал нам их по карманам и продолжал:   

- Горы это что? Активный отдых. Глотнул из фляжки, и ты на доске нереальный Radical. Я тебе как местной отвечу: у нас кто не пьёт, тот курит. Ха-ха.

- Кто не пьет, тот курит, – запомню, - повторила я, растерявшись.

Отхлебнув мартини из стаканчика, подмигнув симпатичной девушке Анастасии Амбарцумовне, и передав привет ее брату – неизвестному нам Гуффи, Ампул  виртуозно на двух ногах выпрыгнул кузнечиком из кабинки, прокрутил над головой сноуборд, в какие-то доли секунды пристегнул ботики и улетел вниз  по крутому склону.

- Фууух, -   выдохнули мы дружно. – Вот это персонаж! Ампул Оганесович.

Готовясь к затяжному спуску, я медленно переваривала услышанное. В контексте «пьют и курят». Активные пользователи горнолыжных курортов Красной поляны мы с супругом второй год. Ранее слыли «шапками» - это те,  кто поднимается с экскурсионным ски-пассом поглазеть и сфотографироваться. После Олимпиады перешли в статус «горноПляжников», когда уже и лыжи в прокате взял, и даже один раз с инструктором позанимался на учебной горке с бугелем и траволатором. Но не стоишь, и не катят. Утомившись от бесчисленных падений, в основном сидишь на шезлонге, попивая горячий кофе из термоса. Тяжело в учении. Горе, после первых неудачных попыток,  запиваешь глинтвейном и плетешься в отель.

Глинтвейн – согревающее горячее вино с фруктами, гвоздикой и мускатом - не менее 7 градусов крепости. Запатентованный напиток зимних курортов. Бокал алкогольного глинтвейна – те самые 0,3 промилле. За руль однозначно запрещено. А на трассе – пожалуйста, пей, сколько влезет. Скорость, которую может достигать горнолыжник среднего уровня — 100 км/час. Средняя скорость сноубордистов — 70 км/час. Мы, недавно выросшие из статуса начинающих, по приложению Ski Tracks  «носимся» в пределах 50 – 60 километров в час. Может и тихоходы, но это средняя скорость пассажирского поезда.

Пьяный мачо  Ампул  летел не меньше ста. Для вечернего катания в «Горки Городе» предназначена только одна синяя длинная трасса. Следовательно, все – и опытные райдеры, и начинающие горнолыжники, и середнячки, вроде нас с супругом, на одной тропе. Степень поведенческой ответственности, умений и навыков каждый определят в силу своих личных представлений и психологических особенностей.

Тем не менее, на следующий день, поднимаясь по привычному маршруту на канатной дороге, в кабинках несколько раз мы встречали компании согревающиеся сорокоградусными напитками из жестяных фляжечек. Закусывали тут же, бутербродами и непременно десертной шоколадкой. Цитирую одного бывалого фрирайдера - явного покорителя черных трасс: «какао-бобы  улучшают работу головного мозга». Чего уж там улучшать, уважаемый?! После стакана пятизвездочного?!

В результате, склоны кружатся в ежедневном маскараде. И сбиваются в кучи-малы из столкнувшихся лыжников, сноубордистов всех уровней подготовки и возрастов. Кто скрывается за защитной маской – уверенный, трезвый, адекватный человек, рассчитавший свои возможности и силы, или тот, кто только-только опылился на снежной пудре, хорошо поддал за обедом, кому уже и море, и горы по колено,  -  угадать невозможно. 

Выпить на отдыхе наш народ всегда горазд. Не секрет. Отдыхать в России, априори тождественно выпивать. К сожалению. Но пьяный лыжник не равен по реальной смертельной опасности окружающим пьяному пляжнику. На прибрежной полосе, заглотив пару бокалов пива, накидавшийся  турист -  угроза больше  все-таки для самого себя. Если только на гидроцикл не взгромоздился, а прокатчики водных аттракционов не погнались за наживой, и не погнали разомлевшее от жары и алкогольных паров тело сырыми полотенцами  из акватории.

На Краснополянских курортах возникает стойкое ощущение, что словно и нет никакого зримого контроля. Красивая дорогая обёртка. С кресельного  подъёмника, к примеру, на выкате, начинающим постигать азы горнолыжного отдыха оператор руки никогда не подаст. Покатилась четверка кубарем в «лыжах, палках, с доской на голове», под карусель, сотрудник заворчит, как старик, и только, а лет ему от роду не более трех десятков. При посадке, да, иногда скажут два магических слова: «Палочки в одну руку».

На выходе – индифферентны. Еще и маты из операторской посыпятся на тебя сверху, если креслом не добили. В рацию только медицинскую помощь вызовут. Если народ костей под каруселью не соберет. И на том, как говорится, спасибо.

Как досматривают сумки-рюкзаки при проходе на любую арену в Олимпийском парке, рассказывать не надо. Не пронесешь и каплю спиртного. Проект «Сочи 2014» вроде всех железно приучил. На «Большую Ледовую» или в «Айсберг» с фляжкой – мертвый номер. 

Очевидно, что на гору многие берут с собой кофе или чай в термосе, бутерброды, снеки, фрукты. Перекусить на склонах «Газпрома», «Розы хутор» и «Горки Города» в самом демократичном заведении выйдет примерно от 800 р. на человека – тарелка супа-лапши, пирожок с подобием джема и стакан невкусного кофе из машины. Рациональнее еще дома нарезать колбасы и сыра из супермаркета, закинуть в рюкзак перекус и заварить свой фирменный чай с мёдом и имбирем.  

При входе в зону действия ски-пасса, охранники пропускают через рамки, на скорость проводят металлоискателем, максимум, просят выложить телефоны. На «Розе Хутор» и «Газпроме» рюкзак проезжает через сканер. В «Горки Городе» даже такая мера предосторожности отсутствует. Пей, кури, проноси что угодно, любой допинг. А на зелено-синих трассах, тем временем, огромное количество детей от трех лет катается.

На всех европейских курортах курсирует  Ski Patrol. Сотрудники лыжного патруля следят за соблюдением правил безопасности, стараются предупредить возможные внештатные ситуации, участвуют в оказании первой помощи.

Все, кто хотя бы однажды бывал во французском Шамони, австрийском Китцбюэле, или швейцарском Церматте, знают, что за их безопасностью на склонах следит весь персонал: и на подъемниках, и спасатели, и все остальные, включая специальный патруль. Если кто-то себя ведет неадекватно, не трезв, его предупреждают и при необходимости даже удаляют. Лыжный патруль также следит за стилем катания туристов. Если чей-то стиль излишне агрессивен или существует явное нарушение скоростного режима, то лихача предупредят, а при повторе нарушения просто удалят со склона. Кроме того, на всех участках все происходящее фиксируют видеокамеры. Операторы реагируют на любое происшествие и экстренно информируют ближайших сотрудников лыжной полиции.

На Краснополянских курортах успешно и профессионально действуют и лавинный патруль, и метеорологический, и медицинский. Первые предупреждают сход лавин и отправляются на поиски в случае сорвавшегося снежного массива в зонах катания. Вторые делают метеопрогнозы, а третьи выезжают скорой помощью на снегоходах  на место, где находятся травмированные туристы.

Но отсутствует служба, которая следила бы за поведением лыжников, их действиями и состоянием. Полагаю, что функции некого контроля на трассах возложены на инструкторов в ярких курточках.

Однако, за два года катания, ни разу ни один инструктор не подъехал, чтобы помочь подняться, не подвез палку в многочисленных случаях моих личных падений. Обычно в подобных ситуациях посильную помощь оказывали такие же туристы. 

Нелицеприятный, но забавный эпизод. Позанимавшись пару дней с очень крутым профессиональным инструктором, покорив под его контролем первые синие трассы, мне год назад показалась, что я уже вполне готова к самостоятельному спуску с отметки 1400 по синему списку. Естественно, навыки и умения оказались сильно преувеличенными,  страх сковал чресла на первых же метрах. А склон вырос до вершины самого высокого в мире чилийско-аргентинского вулкана О́хос-дель-Сала́до, но назад дороги не было. Сиди и реви. Подкатил на канте ушлый дяденька-инструктор. Сам жалостливый такой, участливый.

- Что милая, не спустишься сама. Помочь?

- Да, пожалуйста.

- Так и быть, докачу тебя зеленой трассы. Пять тысяч рублей.

Уточнила:

- Может, подешевле, дяденька, до «зеленки» меньше километра. На руках, что ли вы меня, как к алтарю понесёте?!

Денег стало жалко, предложение показалось откровенной наглостью и вымогательством.

- Подешевле сама давай, топай, племянница, – хохотнул дяденька. - Такими как ты вся гора усыпана. Найду посговорчивее. А ты из «плуга» не выходи, может, и скатишься без травм, – рванув с места и окатив меня снежным фонтаном, дал напоследок бесплатное напутствие.

Хоть стой, хоть падай от беспардонного сервиса и хвалёной помощи сертифицированных инструкторов. Вставала, падала, вставала, снова падала. Сама виновата.

Вернемся к безопасности.

В начале февраля на трассе олимпийского Мужского спуска на большой скорости столкнулись горнолыжник из Мурманска  и сноубордист из Самары. 39-летний мурманчанин погиб. Трагедия.

Соцсети пестрят историями с  фотографиями  о травмах на склонах хребтов Псехако и Аибги. Отделение хирургии Краснополянской больницы переживает сезонный наплыв пациентов со всей России. Приведу, чтобы не быть голословной, небольшой фрагмент из февральского поста ФБ москвички Антонины Кукушкиной про итог ее первого в жизни катания вне трассы на курорте «Розе Хутор»:

«Друзья, я наконец-то выдохнула и могу написать (не говорить), что со мной приключилось в Красной Поляне. Мой первый спуск вне трасс завершился оскольчатым переломом нижней челюсти со смещением осколков. Сама перепугалась, когда увидела снимки! Все-таки это мой первый перелом в жизни.

Осознанно выехав за ограждения трассы на югах Розы вдвоем с другом, мы свалились в узкий кулуар, который неожиданно для нас перешел в два ледопада. Отстегнув лыжи и спустившись по первому из них, на меня сверху сорвался незнакомый мне сноубордист в тот момент, когда я вытаскивала лыжи из ручья и, конечно, совсем не ожидала такого финала катания в КП. Удар пришелся мне в голову, возможно, его сноубордом (который он отстегнул предварительно), а потом точно ногами. Удар был настолько сильный, что я ударилась об лед и отлетела в сторону. Дальше были попытки самостоятельно спуститься со второго ледопада. Спасатели добрались быстро. Минут за 20. Они уже знали, где мы застряли. Мне оказали первую помощь. Везде меня сопровождали. Спасателям пятерка с плюсом!

В травмпункте я увидела себе подобных: кто с рассечением губы лыжами, кто с вывихом или переломом. Нас пачками запихивали в скорую и увозили в больницу в Красной Поляне».

Фото из ФБ Antonina Kukushkina

В этом сезоне пользователи в соц.сетях сообщают об увеличившемся количестве в Красной Поляне как начинающих лыжников так и самонадеянных фрирайдеров. Многие выезжают на трассы, не соответствующие их уровню катания, не имея базовой подготовки и представления о технике катания. Профессионалы и опытные райдеры связывает подобную тенденцию с отсутствием горнолыжной культуры в России. А также говорят о необходимости усилить контроль на трассах.  

Все ужимки и прыжки начинающих, уверенных, и райдеров-асов, которых еще на горном сленге называют киллерами - на  совести самих райдеров.  Никто не оценивает их шансы на успех. Никто не запрещает новичкам «ломаться» на трассах для подготовленных. А наш менталитет не позволяет нам адекватно оценивать свои способности, а если спросишь совета у опытного инструктора, он за консультацию только счет и выкатит.

Еще одно наблюдение о прорехах в организации безопасности. В Красной Поляне нашествие сноубордистов. Вечный спор: что круче, лыжи или борд - давно не актуален. Борд – лидер продаж и проката. Последнее, что я слышала уничижительное, но очень смешное, такой горный юморок:«лыжи для пенсов, сноубордисты модные».

Шутки шутками, но доску с недавних пор выбирают в процентном соотношении большее количество людей. Раздельных трасс с маркировкой  only Ski или only Snowboard  нет и, судя по всему, как и единого ски-пасса в обозримом будущем не предполагается.

Кто не в курсе, лыжники едут вперед, с обычным зрительным обзором. И пытаются уйти от столкновения любой ценой. Сноубордисты  вполне себе технично скатываются боком и даже спиной. Добавьте к такому положению  «модного сноубордиста» на доске бутылку пива, первый год катания, и вы получите своего потенциального поводыря на больничную койку.

Признаюсь, когда ярко-оранжевая доска на скорости влетает тебе, ничего не подозревающей, в икру, ты грохаешься, как подкошенный,  в утреннюю разратраченную трассу, кое-как поднимаешься с широкой гематомой на ноге и отметинами вельвета на щеках. Приятного, согласитесь, мало. А все по тому, что девушка ехала спиной, в наушниках у нее орал речитативом Oxxxymiron, и вообще она еще «плохо катается». А «спиной чувствует себя уверенней».

В споре о крутости есть весьма веский аргумент в пользу лыж. Уровень управляемости на высоких скоростях на сноуборде ниже, чем на горных лыжах, а потому статистика получения травм от столкновений с другим участником катания выглядит примерно  как девять к одному не в пользу сноуборда.

Красную Поляну часто называют русским Куршавелем. Да и вообще постоянно сравнивают с европейскими курортами. И вполне заслуженно. По многим аспектам мы на одном уровне (трассы, горная и туристическая инфраструктура). Я, как недавний, но однозначно уже - бессрочный пользователь этих трасс, несказанно счастлива видеть наше дорогое и богатое олимпийское наследие горного кластера в действии третий сезон. Три развитых, полноценных горнолыжных курорта – лучшее, субъективно, что могла оставить россиянам (не сочинцам, не жителям Краснодарского края) Зимняя Олимпиада. И каждый раз, качаясь на канатке, рассматривая с 2200 отели далеко внизу и разноцветный люд со всей страны, гоняющий по Аибге, я думаю об этом и не перестаю удивляться. Мизерному сроку,отведенному на строительство, качеству появившихся на выходе курортов, массовой вовлеченности в этот, казалось бы, элитарный вид отдыха.

Немного еще подумайте о дополнительной безопасности на склонах и о сервисе. Также хорошо, как мы – туристы, думаем о тех, кто был  автором, создателем, а теперь управляет лучшим российским горнолыжным курортом  «Сочи. Красная Поляна».

Сегодня читают